Особенные. Прошлое рядом [СИ] - Элисон Блэк

— Пили чай, — ответила Николь и указала на две пустые кружки. Её брат снова в своём репертуаре и до сих пор боится, что она вместе с Калебом.

— Ладно, — сказал мужчина и вышел из кухни.

Ника и Калеб переглянулись и улыбнулись друг другу. Всё же может быть шанс, что её брат смирится с тем, что они вместе. К тому же ему придётся принять то, что Николь переедет к парню.

Айли попросила Купера занести чемоданы в их комнату, а после позвала с собой Нику, чтобы та помогла разгрузить вещи. На самом деле ей просто хотелось рассказать о последних новостях.

В комнате было душно, поэтому Айли открыла окно и впустила свежий воздух. Купер занёс чемодан и скрылся за дверью, оставляя девушек наедине. Айли принялась доставать одежду и сразу складывала её в шкаф, Ника просто стояла в стороне и молчала.

— Вообще, я хотела кое-что рассказать… — начала Айли и Николь напряглась, боясь услышать, что и к ним явился Джордж.

— Я готова слушать.

— В общем, когда мы были на Гавайях… — говорила Айли и Ника буквально видела, как та волнуется. — Купер сделал мне предложение.

Девушка указала на безымянный палец левой руки и глаза Николь стали больше от удивления.

— О, Боже! — вскрикнула девушка и бросилась обнимать Айли.

Она не могла поверить в то, что её брат решился на это. И Ника готова была задушить от радости Айли.

— Тихо, тихо, осторожно. Ты, кстати, первая узнала об этом.

— Удивлена. Блин, я так рада, что даже не знаю, как реагировать.

Айли улыбнулась, но в её взгляде всё же была тревога, которую заметила Николь, но промолчала.

— Я расскажу всем на праздновании дня рождения Эммы. Кстати, мы ещё не купили подарки, — подметила Айли.

— Ох, я тоже не купила…

Они рассмеялись и Ника попросила посмотреть на помолвочное кольцо девушки. Оно было такое красивое, что Николь невольно задумалась о том, что и она хочет таких отношений в будущем. Чтобы ей тоже сделали предложение руки и сердца, они сыграли свадьбу… И в роли своего мужа Николь видела лишь одного человека.

* * *

— Ну что, вы готовы? — спросила Дебора у Джорджа и Юджина, те кивнули.

Она взяла парней за руки и в тот же миг они переместились во времени. Это был день похорон Чарли.

Вокруг могилы стояли родственники девушки, многие плакали. Гроб был открыт, и Джордж увидел её. Девушку, которую когда-то убил. Но внутри не было чувства вины. Ему уже давно стало наплевать на то, что он лишил матери Эмму.

Священник что-то сказал, гроб закрывают и медленно опускают в могилу. Люди кидают по горстке земли и яму начинают зарывать. Никого из «особенных» рядом нет. В тот момент они разбирались с освобождением Рена из тюрьмы. Да и никто из них не знал, что Чарли сейчас хоронят.

Дебора не могла смотреть на это. Ей было больно видеть, как такую молодую девушку зарывают под толстым слоем холодной земли и она никогда больше не увидет солнце, не улыбнётся и не порадуется какому-то счастливому моменту.

Они отошли в сторону, пока зарывали могилу.

— Подождём до вечера. Он близко, — сказал Джордж.

— Да, без проблем, — ответил Юджин.

Ему было всё равно, что делать. Его даже не пугало то, что Джордж придумал. Хотя такое приходит в голову лишь безумным людям.

Наступил вечер. Пока они ждали темноты, успели поговорить о том, что за веселье их ждёт на дне рождении Эммы. Юджин уже представлял удивлённые лица той команды. Особенно Рена.

Джордж подал сигнал, что пора приступать к делу. Он снял с плеч рюкзак и достал из него две лопаты. Одну из них протянул Юджину, вторую взял сам. Они последовали к могиле, Дебора шагала за ними. У неё безумно калатало сердце и она хотела убежать куда подальше, но не могла оставить здесь Джорджа.

Юджин первым вставил в землю лопату и принялся копать. Джордж приступил следом. Стояла тишина. Земля рылась легко, поэтому спустя час они дошли до гроба, случайно ударив по нему лопатой.

Юджин решительно открыл крышку и Деборе стало плохо. Она отошла, тяжело дыша, но после услышала голос Джорджа:

— Принеси топор, милая.

От мысли, что они сейчас будут делать, девушка затряслась, но всё же подала топор. Джордж схватил его и решительно приступил к делу.

Дебора не смотрела на то, что происходит, она отошла в сторону и присела на корточки, пытаясь не думать о том ужасе, который задумал Джордж. Её любимый Джордж. Хоть он иногда ей и кажется чересчур эмоциональным, жестоким и импульсивным… Для неё этот парень идеален. И с ним Дебора мечтает провести вместе всю оставшуюся жизнь.

* * *

Наступил долгожданный день празднования дня рождения Эммы. Ника и Калеб ехали в арендованной машине в Лонгвью, где их уже ждали друзья. Айли и Купер пока задержались в Миннеаполисе, решая проблемы с работой.

Рен написал Николь сообщение о том, что недавно приехали Дэви и Ада, чему каждый был рад. Хотя все думали, что никто из двоих не приедет.

— Когда ты собираешься рассказать всем о возвращении Джорджа? — неожиданно спросил Калеб.

— Не знаю. Думаю, после праздника, ведь не хочу никому портить настроение. Тем более Купер и Айли такие счастливые…

— С чего это они такие?

Ника опустила голову. Она обещала Айли, что никому не расскажет о помолвке с братом. Но ей так хотелось хоть с кем-то поделиться радостной новостью…

— Просто счастливые. Они же отдохнули на Гавайях. Я бы тоже была такой после отдыха.

Калеб рассмеялся, набирая скорость. До Лонгвью оставалось недалеко и Николь была рада, что они наконец приедут, потому что ей хотелось отдохнуть. Они уже несколько часов в дороге, а девушка не выспалась.

Удачно добравшись до нужного адреса, Калеб припарковал автомобиль и Ника наконец вышла на улицу, разминая затекшие ноги. Калеб выгрузил подарки и небольшую сумку, в которой лежали его с Никой вещи.

Дом Рена и Элин казался слишком обычным: совсем небольшой, но достаточно симпатичный. В двор они зашли без проблем и Николь решительно нажала на дверной звонок. Ей уже не терпелось увидеть друзей, даже Дэви, с которым у неё были ужасные отношения.

Дверь открылась и прямо перед ними оказался Рен. Он был одет в обычную чёрно-белую рубашку и джинсы. Ника не выдержала и сразу же бросилась его обнимать. Рен заулыбался, понимая, что тоже безумно соскучился за этой девушкой, да и за Калебом тоже.

В доме